В то время как весь мир следит за новыми ракетами и лунными программами, на низкой околоземной орбите разворачивается тихая, но ожесточённая борьба. И в этой борьбе, как теперь открыто признают в Китае, американская система Starlink Илона Маска уже одержала стратегическую победу — по крайней мере, на текущем этапе.
Китайский проект «Цяньфань» (Qianfan), который также называют «Созвездие тысячи парусов» или неофициально — G60 Starlink, создавался как прямой ответ США. Его задача — обеспечить Китаю собственный высокоскоростной спутниковый интернет на низкой околоземной орбите и составить конкуренцию детищу Илона Маска. Однако реальность оказалась суровее ожиданий.
Откровенное признание: места уже заняты
Ху Хайин, руководитель проекта Qianfan, сделал заявление, которое в Пекине обычно стараются не афишировать: Starlink не просто опережает китайскую сеть по темпам развёртывания, а уже физически захватил лучшие орбитальные позиции. По словам Ху Хайина, американская группировка заняла значительную часть высококачественных космических орбит и наиболее удобных частотных диапазонов. В результате китайский проект испытывает колоссальное давление, пытаясь догнать ушедший вперёд поезд. По сути, признание звучит так: отставание уже не просто отставание, а структурное преимущество, которое почти невозможно отыграть.
Проблема усугубляется фундаментальным свойством космического пространства. Орбиты на низкой высоте и частоты для спутниковой связи — это невозобновляемые ресурсы. Как напоминает Ху Хайин, в международном сообществе действует жёсткое правило: «кто раньше встал, того и тапки» (или, выражаясь более официально — принцип приоритета при первичном распределении). Те орбитальные позиции и частоты, которые уже заняты Starlink, практически недоступны для других операторов. Любому запоздавшему игроку остаются либо менее удобные орбиты, либо более узкие и зашумлённые диапазоны.
Цифры, которые всё объясняют
Масштаб лидерства Starlink впечатляет. На сегодняшний день на орбите работают 12 400 спутников этой американской системы. Это более 60% от всех действующих космических аппаратов в мире. Для сравнения: все остальные страны, компании и международные проекты вместе взятые имеют меньше половины. И это не предел — Starlink уже получил разрешение на развёртывание в общей сложности 42 000 спутников. Иными словами, текущая группировка — это только треть от запланированной конечной конфигурации.
Но важнее даже не количество, а качество занятых позиций. Starlink контролирует почти 70% ключевых позиций на низкой околоземной орбите. Причём речь идёт о самых лакомых кусках космического пространства: на высотах 500–600 километров, которые оптимально подходят для прямой мобильной связи. Согласно данным, на которые ссылается Ху Хайин, американская компания заняла более 70% наилучших орбитальных ресурсов именно в этом диапазоне высот. Другими словами, даже если другой оператор запустит столько же спутников, они будут летать либо выше, либо ниже, либо на более пересечённых и неудобных орбитах.
А что же у Китая?
Картина с китайской стороны выглядит гораздо скромнее. По состоянию на 5 июня 2026 года в состав группировки «Цяньфань» входило 200 спутников. Это почти в 62 раза меньше, чем у Starlink (12 400 против 200). Даже если сравнивать только действующие аппараты, китайские космические аппараты на орбите всех типов составляют менее 10% от мирового количества. То есть Starlink в одиночку имеет в шесть с лишним раз больше спутников, чем весь Китай.
При этом китайский проект изначально ставил перед собой довольно амбициозные, но — как теперь очевидно — недостаточно быстрые цели. На первом этапе планировалось завершить создание базовой сети из 324 спутников к июлю 2026 года. С учётом текущих 200 аппаратов задача формально выглядит выполнимой: за оставшиеся недели можно запустить ещё 124 спутника. Однако проблема не в выполнении этого конкретного плана, а в том, что к моменту его реализации Starlink уйдёт ещё дальше.
Почему это важно и что будет дальше
Признание главы Qianfan — это не просто констатация факта отставания. Это сигнал о том, что Китай меняет стратегию. Если раньше риторика была наступательной («догоним и перегоним»), то теперь она становится оборонительной («пытаемся наверстать, но ресурсы уже заняты»). И это принципиально иная игра.
С точки зрения долгосрочных последствий, доминирование Starlink на лучших орбитах и частотах означает, что:
- Любой будущий оператор спутникового интернета будет работать в заведомо худших условиях.
- Прямая мобильная связь через спутники (без специальных антенн) станет практически монополией Starlink на многих территориях.
- Другим странам — включая Китай, Евросоюз и Россию — придётся либо договариваться с Маском, либо довольствоваться технически неоптимальными решениями.
Ху Хайин, по сути, сказал вслух то, о чём многие догадывались, но боялись формулировать: космическая гонка на низкой орбите уже завершилась победой Starlink, и опоздавшие теперь вынуждены бороться за объедки.
Вопрос лишь в том, смогут ли китайские спутниковые проекты — не только Qianfan, но и другие — найти технологические или юридические способы обойти это ограничение. Например, за счёт более низких орбит (как это делает Amazon с Project Kuiper) или более высоких (средняя околоземная орбита). Но пока, по собственному признанию китайского руководителя, отставание выглядит не просто количественным, а структурно-непреодолимым.
По материалам: ixbt.com
