Разговоры о создании третьего мультиплекса цифрового эфирного телевидения в России ведутся уже 15 лет. Однако, несмотря на это, по факту в эфире как было 20 каналов (первый и второй мультиплексы), так больше ничего и не появилось. История этого вопроса, зафиксированная в новостях (в том числе и на нашем сайте), представляет собой хронику многолетних обсуждений, обещаний и, в конечном счете, несбывшихся надежд.
Зарождение идеи и первые обещания
Идея создания третьего мультиплекса возникла практически одновременно с началом самого процесса цифровизации. Изначальные планы, заложенные в Федеральной целевой программе развития телерадиовещания до 2015 года, предполагали запуск трех мультиплексов по всей стране. Уже в 2010 году появились первые конкретные обсуждения. Минкомсвязи подготовило предложение о включении в третий мультиплекс общедоступного HD-канала, и ожидалось, что конкурсы для вещателей пройдут не ранее лета 2011 года.
В 2013 году работа над третьим мультиплексом активизировалась. Появились первые детали: предполагалось, что он будет преимущественно федеральным и включит 10 каналов стандартной четкости (7-8 федеральных, 1-2 региональных и один канал от ВГТРК). Каналов высокой четкости в нем не планировалось. Тогда же Национальная ассоциация телерадиовещателей (НАТ) начала сбор заявок от региональных и муниципальных каналов на вхождение в новый мультиплекс, чтобы к концу года предоставить в Минкомсвязи и Роскомнадзор 83 модели по числу субъектов федерации. Сроки казались реальными: Роскомнадзор планировал определить принципы построения третьего мультиплекса уже к марту 2013 года.
Надежда жила еще долгие годы. В 2019 году официальные лица продолжали давать оптимистичные прогнозы. Директор филиала РТРС в Республике Татарстан Владимир Якимов заявлял, что третий мультиплекс появится в России в ближайший год-два. Глава думского комитета по информполитике Леонид Левин также выражал надежду, что региональные каналы смогут попасть в третий мультиплекс.
Основные препятствия: частоты и финансы
Несмотря на все обещания, проект столкнулся с двумя главными проблемами: нехваткой свободных частот и отсутствием ясности в вопросе финансирования. Как отмечал в интервью «Ведомостям» в 2014 году глава Роскомнадзора Александр Жаров, третий мультиплекс — это «очень непростая история». Он пояснил, что 60% частот в малых городах освободятся только после отключения аналогового вещания в 2019 году, что создавало серьезные сложности для планирования.
Вопрос финансирования стал еще более острым. Замминистра цифрового развития Алексей Волин неоднократно подчеркивал, что регионы к созданию третьего мультиплекса не готовы, а его запуск возможен только в тех субъектах, которые готовы оплатить услуги РТРС. Стоимость вещания была огромной: например, в Ненецком автономном округе — около 106 млн рублей в год, в Калининграде — 213 млн, а в Свердловской области — 418 млн.
Идея федерального финансирования, которую предлагал, в частности, сенатор Николай Рыжков, была отвергнута Минкомсвязи на том основании, что это противоречит Бюджетному кодексу. При этом региональные телеканалы, которые и должны были стать основными "бенефициарами" третьего мультиплекса, зачастую не имели средств для оплаты услуг РТРС, а также контента для круглосуточного вещания.
Скепсис операторов и последние попытки
Против создания третьего мультиплекса выступали и операторы платного телевидения. В МТС, например, заявляли, что введение дополнительных бесплатных каналов будет «гибельным» для их рынка, и отмечали, что пользователи, получив два мультиплекса, все равно переходят в платные среды за более широким выбором контента и отсутствием рекламы. В «ЭР-Телеком Холдинге» подчеркивали, что это не соответствует рыночным принципам и интересам бизнеса. Даже у каналов второго мультиплекса были проблемы с оплатой вещания по всей стране, что ставило под сомнение их готовность финансировать третий пакет.
Несмотря на скепсис, разговоры о мультиплексе не утихали. В 2018 году, в соответствии с ФЦП, должно было рассматриваться решение о его запуске. В январе 2019 года Совет Федерации порекомендовал правительству создать третий мультиплекс в 2020-2021 годах. Однако уже осенью 2016 года министр связи Николай Никифоров заявлял, что не видит экономических предпосылок для его запуска, указав на проблемы даже со вторым мультиплексом.
Перспективы запуска третьего мультиплекса
На сегодняшний день официальная позиция РТРС такова: повсеместного запуска третьего мультиплекса не планируется . Единственное исключение — Москва, где третий мультиплекс транслируется с Останкинской телебашни на частоте 34 ТВК (578 МГц), однако в удаленных районах Подмосковья прием сигнала остается неуверенным.
В регионах ситуация пока неопределенная. Еще в 2023 году директор псковского радиотелевизионного передающего центра Александр Лаптиев отмечал, что вопрос с третьим мультиплексом «решается на государственном уровне» и «никаких глобальных решений пока не принято», хотя такие возможности рассматриваются. При этом он подчеркнул, что для запуска нужно большее количество вещателей. По состоянию на 2026 год ситуация принципиально не изменилась — глобальных решений так и не принято.
Экономическая ситуация складывается не в пользу нового мультиплекса. По оценкам участников рынка, поддержка телеканалов третьего мультиплекса может обернуться для госбюджета нагрузкой в миллиарды рублей ежегодно. При этом операторы платного телевидения — МТС, «ЭР-Телеком Холдинг», «Триколор» — выступают против создания бесплатного эфирного пакета, называя это «гибельным» для рынка платного ТВ и противоречащим рыночным принципам.
Таким образом, перспективы третьего мультиплекса остаются туманными. Несмотря на отдельные локальные эксперименты (как в Москве) и обсуждения на государственном уровне, экономические и частотные препятствия, а также сопротивление операторов делают его запуск в обозримом будущем маловероятным. Региональные телеканалы, не попавшие в первые два мультиплекса, вынуждены искать другие пути выживания — уходить в кабель, интернет или закрываться .
Важность бесплатного эфирного ТВ и цена бездействия
Для миллионов россиян, особенно в сельской местности и малых городах, бесплатное эфирное телевидение остается единственным доступным способом получения информации и связи с внешним миром. В отличие от платного кабельного или спутникового ТВ, эфирный сигнал не требует абонентской платы и сложного оборудования, что делает его критически важным для социально незащищенных слоев населения.
Для многих жителей отдаленных районов, где нет кабельных сетей и стабильного интернета, федеральные каналы первого и второго мультиплексов стали основным, а порой и единственным источником новостей, просвещения и культурных программ. Именно поэтому вопрос сохранения и возможного расширения числа бесплатных каналов через третий мультиплекс имел такое большое социальное значение, вызывая интерес не только у вещателей, но и у самой широкой аудитории.
Однако многолетняя эпопея с третьим мультиплексом — это не просто затянувшаяся бюрократическая проволочка. Здесь поговорка «обещанного три года ждут» уже давно не работает: разговоры о третьем пакете ведутся с начала 2010-х, а конкретные сроки запуска назывались на 2013, 2018, 2020-2021 годы — и каждый раз бесследно исчезали. В результате страдают снова простые люди, которые так и не дождались ни региональных каналов, ни более разнообразного контента в бесплатном доступе.
Многомиллионная страна, способная запускать спутники и строить сложнейшие инфраструктурные проекты, оказывается не в состоянии выполнить свои обещания перед собственными гражданами в таком базовом вопросе, как доступ к информации. Вместо конкретных действий правительство ищет отговорки — ссылается на «неготовность регионов», на «отсутствие частот» (которые тут же находятся для сетей 5G), на «противоречие Бюджетному кодексу». При этом даже не предпринимается попыток найти компромиссное решение в интересах зрителей.
А бизнес, представленный операторами платного телевидения, думает только о своей прибыли, открыто заявляя, что бесплатные каналы для них «гибельны». Но разве интересы крупных корпораций должны быть важнее права миллионов граждан на доступную информацию и культурное разнообразие? Третий мультиплекс так и остался символом того, как государство и бизнес, прикрываясь объективными сложностями, просто забывают о тех, для кого, по идее, и создавалось цифровое телевидение.
